Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
23:07 

"Назад в будущее".

Scally
I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.
Название: За семью печатями;
Автор: Scally;
Фэндом: Назад в будущее;
Жанр: Ангст, Юмор, Драма;
Рейтинг: PG-13;
Герои: Эмметт "Док" Браун, Марти МакФлай, оригинальные персонажи;
Категория: Джен;
Размер: Миди, семь глав.
Описание: Отправляясь в деловую поездку, Док не думал, что вихри времени распорядятся его планами по-своему и заставят его решать совсем другие проблемы, нежели предполагалась. Встреча со своим далеким предком - одна из них. Но что, если Марти доведется познакомиться с дальним по времени родственником Дока раньше него самого, и эта встреча повлечет за собой не только неприятные, но даже весьма опасные события?

Большие надежды.

Подойдя с утра пораньше к особняку Дока, Марти был удивлен несколько необычным явлением – навстречу ему из-за угла дома выскочил Эйнштейн – шерсть на лапах мокрая до брюха, уши вопросительно торчат, беспокойно высунутый язык болтается на бегу. Обычно Эйнштейн не любил никуда спешить – собачье добродушие сочеталось в нем со спокойствием и философской неспешностью.
- Ну-ну, полегче, дружок, - остановил его Марти, прежде чем Эйни успел поприветствовать его закидыванием лап на плечи (футболка Марти была сухая и относительно новая), - тебя, что, купали? А почему ты тогда остальной весь сухой?
У самых ступенек Эйнштейн отстал от Марти, демонстративно усевшись на подстриженной лужайке. Марти привычным движением повернул дверную ручку и...
- Ух, ты ж! – выдохнул он, проворно отскакивая от хлынувшей через порог воды. – Что это у вас там такое? - вопросительно обратился он к Эйнштейну.
Пес склонил голову на бок и взглянул на Марти так, словно говорил: «Видишь, что мне приходится терпеть?»
Марти скинул с ног кроссовки, стянул носки, и оставив все это на улице, шагнул в мокрую гостиную, предварительно подвернув джинсы повыше.
- Док? Эй, Док? – позвал он, так как признаков разумной жизни в гостиной не наблюдалась.
- А, Марти! Привет! – по-эйнштейновски лохматая голова Дока высунулась из приоткрытой дверки чулана. – Заходи, только осторожнее, у меня тут небольшая авария.
- Я вижу, - ответил Марти, оглядывая затопленную комнату. – А что случилось?
Большая часть воды уже успела схлынуть за порог, часть впиталась в ковер, но во многих местах еще собиралась в лужицы, да и весь пол был изрядно мокрый.
- Бойлер взорвался, - буднично пояснил ученый. – Я хотел попробовать его усовершенствовать, но немного не рассчитал с давлением. Эти новые предохранители, знаешь ли... – он вытащил из чулана ведро и швабру.
- Бойлер?! – Марти стукнуло запоздалым страхом.
- Ну да. Да ты не волнуйся, он не был нагрет. По счастливой случайности ТЭНы изволили навернуться, я ведь давно им не пользовался. Теперь уж придется покупать новый, думаю, возьму поменьше, этот был слишком уж громоздкий.
Марти невольно присвистнул. Если бы бойлер взорвался, работая при этом как надо, он бы сейчас обнаружил в гостиной хаотично сервированное консоме из Дока и Эйнштейна.
Покачав головой, Марти полез в чулан за вторым комплектом ведра и швабры.
- Да, ты ведь хотел меня видеть? – напомнил он, размазывая по полу воду.
- В самом деле, хотел! – Док, вспомнив о чем-то, бросил швабру, едва не зашибив при этом вернувшегося не вовремя Эйнштейна, и заметался по гостиной. – Да где же оно?.. А, вот...
Вытащив из-под вороха бумаг на столе узкий конверт, он протянул его младшему другу.
Удивленный Марти вынул оттуда аккуратно сложенную бумагу. Сверху стояло: «Доктору Эмметту Л. Брауну». Марти вопросительно взглянул на Дока.
- Читай-читай! – махнул тот рукой.
Марти пробежал глазами начало письма.
- Здорово, Док! Тебя приглашают на международную конференцию по научным исследованиям! Фалстаун – это, кажется, в Англии?
Последний год для Дока выдался очень удачным. Будучи истинным ученым, он не мог все время оставаться на Диком Западе девятнадцатого века, где наука значительно отставала от привычного ему развития, и время от времени улучал возможность отправиться в Хилл-Вэлли, чтобы заниматься современными научными делами. Обычно эти возвращения в современность совпадали с визитами домой его тещи, но Док настаивал на том, что это простое совпадение, не идущее вразлад с теорией вероятности. Для таких небольших путешествий был восстановлен Делореан (Док не пожалел на это части своих сбережений). Ему удалось запатентовать парочку изобретений, «пустячков», которые однако принесли ему известную прибыль, и опубликовать значительную исследовательскую работу, получившую в научных кругах международную огласку.
- А дело в том, - с сюрпризом во взгляде улыбнулся Док, - что по регламенту я могу взять с собой на конференцию ассистента. Ты ведь еще не был в Европе? Если твои родители не станут возражать, поедем вместе. Культурная программа обещает быть интересной. Тем более, что и до Лондона там недалеко.
Марти так и вытаращился на Дока. Вот уж кто умеет удивлять!
- Но ведь я... - начал было Марти.
- Ерунда, - перебил Док. – Тебе для этого вовсе не обязательно быть младшим научным сотрудником. Другого кандидата у меня все равно нет, а упускать такую возможность не годится. Тем более, кто же мне помогал со всякими моими опытами, как не ты?
- Круто! – просиял Марти. - Спасибо, Док!
- Пустяки! – отмахнулся Браун. – Но прежде поговорим с твоими родителями, - проявляя редко свойственное для него благоразумие, добавил он.
- Да не будут они возражать, я ведь уже взрослый!
Несколько месяцев назад Марти исполнилось восемнадцать, что неминуемо повлекло за собой значительный скачок в самомнении.
- Ну, тогда мы просто соблюдем приличия, - заключил Док.

Джордж и Лоррейн возражать не стали, и через неделю Марти и Док приземлились в аэропорту Ливерпуля. Лоррейн, правда, выразила вслух свое беспокойство по поводу того, что Великобритания далеко, а никого из родных рядом с Марти не будет, но Док произвел на Джорджа благоприятное впечатление, во многом благодаря своими недавними достижениями. К тому же Джордж считал, что Марти, перед тем как он приступит к учебе в колледже, следует набраться новых впечатлений.
- Младший братишка взялся за ум? – не упустил случая поддразнить его Дейв, когда семья сидела за завтраком. – Его уже берут на научные конференции? Может, мы все в нем ошибались?
Превращение Дейва из ничем не интересующегося балбеса в солидного мужчину с деловой хваткой уже давно перестало удивлять Марти, хотя открывшееся в нем превосходство иногда раздражало. С другой стороны, приятно было для разнообразия по-настоящему почувствовать себя младшим в семье, когда старший брат таков, что на него можно положиться.
В последнее время, правда, от Дейва покоя не было. Он повадился зажимать Марти в укромных уголках дома и читать ему бесконечные лекции на тему: «Тебе уже исполнилось восемнадцать, хватит разгильдяйничать, пора бы уже подумать о будущем и определиться с колледжем». Марти слушал, обморочно закатывая от скуки глаза, словно цыпленок, которого пытается загипнотизировать фокусник-дилетант. Он и сам понимал, что с колледжем надо что-то решать, так как мирового турне с его музыкальной группой в ближайшее время не предвиделось. Они, правда, выступали уже не только на школьных вечерах, но и в клубах, и Марти считал это хорошим знаком, но Джен и многие его друзья собирались продолжить учебу в колледже, и Марти не хотелось от них отставать. Проблема была в том, что его профессиональные интересы по-прежнему сводились к музыке (рок-н-роллу, а не сольфеджио) и Марти представить не мог, что бы еще заинтересовало его настолько, чтобы ему захотелось это изучать.
- Сам-то ты давно взялся за ум? – проворчал себе под нос Марти, выслушав очередной выпад брата.
- Дейв неправ, - встряла Линда, - ты еще даже с колледжем не определился. Я бы на твоем месте вместо того, чтобы разъезжать по Англии углубилась в учебные буклеты.
- Успеется! – беспечно отозвался Марти. – А что до тебя, то единственное, во что ты в последнее время углубляешься – это «Космополитен». Надеешься почерпнуть там важные советы для очередного свидания?
- Но в колледж-то я поступила, - хладнокровно возразила Линда.
- Дизайн?! Это даже не профессия, это девчоночье хобби!
- Дети, прошу вас! – Джордж недовольно взглянул на спорщиков из-за широкого газетного листа. - Марти, не дерзи сестре! Линда, не цепляйся к Марти, уверен, он сам вскоре все решит. Не будем осаждать его раньше времени. Уже то приятно, что школу Марти закончил даже лучше, чем мы ожидали.
- Учитывая то, что наши ожидания сводились к тому, что Марти выпустят со справкой вместо диплома из-за всех этих прогулов, это, конечно, значительное достижение, - заметил Дейв, иронично поджав губы и игнорируя нахмурившийся взгляд отца.
Джордж МакФлай безгранично любил всех своих детей, но по-разному. Дейв был первенцем – гордостью, Линда – дочерью, и тут можно было по праву забыть об отцовской строгости и баловать ее сколько душе угодно. Марти был младшим ребенком, но Джорджу почему-то иногда казалось, что он понимает его лучше, чем старшие дети, словно они с ним когда-то были ровесниками и знали друг друга не только как отец и сын, но и как хорошие приятели.
- Я верю в Марти, - просто ответил Джордж и улыбнулся младшему сыну.
Марти с благодарностью взглянул на отца, весело дожевал тост и убежал к себе в комнату складывать чемодан. Он был рад отправиться в Англию с Доком, тем более что Дженнифер уехала на три недели к родственникам в Сан-Франциско, и путешествие могло скрасить тоску по ней. Марти очень не хватало ее общества, хотя он и старался не показывать грустного вида – не хотелось, чтобы к нему приставали с расспросами и сочувствием. Слишком уж это было личное. От Дока, правда, не укрылся его поникший вид и он поинтересовался, в чем дело.
- Да так... – Марти дернул плечом, - настроения нет.
- Понятно, - кивнул Док, и не стал больше задавать вопросов. Но не успел Марти мысленно возблагодарить Дока за проявленную деликатность, как тот, склонившись над каким-то своим чертежом, с рассеянным видом принялся насвистывать что-то, до ужаса напомнившее Марти популярную в то время песенку «Любовь приходит лишь раз».
Очередным сюрпризом для Марти стала причуда Дока транспортировать Делореан в Англию на время их поездки. Сюрприз, правда, был приятным – Марти уже давно отошел от череды приключений, в которые он угодил благодаря несвоевременному вмешательству ливийцев, и его молодость жаждала новых впечатлений. Что касается Дока, то его мотивом было не просто увидеть Европу, но увидеть Европу времен Жюля Верна, а при благоприятных обстоятельствах даже прокатиться до Парижа, и взять автограф у любимого основателя научной фантастики.
В общем, надежды на Европейский континент возлагались большие, и Марти не видел причин, по которым они бы могли не осуществиться.

Музейная ценность.

В Фалстауне Марти понравилось, и, чего уж там говорить, - скучать не приходилось. Часы, отведенные для собраний и семинаров он обычно проводил вместе с Доком – бейджик участника конференции давал ему право посещать любые мероприятия, и они к удивлению Марти, оказались в большинстве своем интересными. К тому же, столько изобретений он в жизни не видел - здесь явно было на что посмотреть. Особый интерес у Марти вызвало выступление Дока, представляющего свое исследование на одном из собраний. Нельзя сказать, что Марти многое понял из того, что говорил Док, так как тот без конца сыпал мудреными теориями и формулами, и вообще был в своей стихии, но коллеги Дока, судя по всему, впечатлились, и Марти было это приятно. В послеобеденные часы они с Доком колесили по окрестностям и даже пару раз добрались до Лондона – чуть больше трех часов пути на поезде, и столица Великобритании открывалась для них во всем своем культурном и развлекательном великолепии. А за пару дней до отъезда домой, перед планируемым путешествием в Париж, которое, благодаря местному транспорту, а главное – Делореану, обещало быть компактным по времени, Док сообщил Марти хорошую новость.
- Мою работу выдвинули на голосование, - рассказывал Док, возбужденно шагая по гостиничному номеру. – Это значит, что у меня есть шанс получить грант и от теории перейти к практическим исследованиям. Всю жизнь мечтал заняться чем-нибудь столь масштабным... сам-то я такое никак не потяну, понадобится специальная лаборатория, оборудование и прочее.
- Круто! – обрадовался за друга Марти. – А почему это твое исследование такое трудное?
- Но ведь оно основано на пространственно-молекулярной теории и принципах применения диффузорного эффекта в квантовой электродинамике, - пояснил Док, хотя с таким же успехом мог бы и промолчать. – Проще выражаясь, - продолжал ученый, по выражению лица Марти сделав вывод, что тот ни слова не понял из сказанного, - если моя теория подтвердится практически, то, скажем, Делореан в будущем сможет перемещаться не только во времени, но и в пространстве. Например, из современного Хилл-Вэлли можно будет попасть сразу в средневековый Китай. Но это, конечно, очень сложно. Создание машины времени по сравнению с этим было просто азбукой в детском саду...
- Вот это да... – изумленно протянул Марти. – Слушай, они просто обязаны дать тебе грант!
- Ну... тут еще рано говорить, - вздохнул Док. - О машине времени мои коллеги, конечно, ничего не знают. Рановато пока, я считаю. Так что инновационная составляющая у меня акцентирована совсем иным образом. К тому же, на голосование представлено множество интересных и важных работ. Это, правда, значит, что с Парижем ничего не выйдет, результаты объявят только послезавтра к полудню, и мне необходимо присутствовать здесь до этого времени, а вечером нужно будет уже возвращаться домой. Надеюсь, тебя это не очень огорчит?
- Без проблем, Док! – заверил его Марти. – Твое дело куда важнее. Здесь ведь тоже интересно. Жаль, только, что тебе пока не придется встретиться с Жюлем Верном.
- Да... Зато, если моя задумка воплотиться в жизнь, это будет так же просто, как прийти на чай к соседу, - заключил Док.
Решив дело, друзья поужинали, а затем отправились в местный кинотеатр, чтобы завершить день культурным мероприятием, на котором можно побаловаться поджаристым поп-коном и бутылочкой пепси.

В последний день пребывания в Фалстауне Марти, покупая сувениры для семьи, умудрился заблудиться среди малознакомых улочек, поэтому на заседание, где решалась судьба доковского исследования, явился с большим опозданием. Решив не заходить в разгар событий в конференц-зал, он прохаживался в коридоре, ожидая, когда появится Док с новостями. Ждать пришлось долго, и Марти от нечего делать принялся изучать информационные стенды. Стенд, повествующий о членах попечительского совета заставил Марти улыбнуться – список возглавлял господин с забавной фамилией Дудикофф и, надо сказать, его внешний вид на фотографии рядом соответствовал потешному звучанию фамилии – Стивен Дудикофф был кругленький лысый человек в очках, непонятного возраста и с явно выраженным интеллектом во взгляде. Едва Марти успел пробежать список глазами, как дверь конференц-зала отворилась, и оттуда, шумно переговариваясь, начали выходить люди.
- Ну, как?! – нетерпеливо спросил Марти Дока, по лицу которого трудно было что-то понять. – Извини, я тут в городе заблудился, вот и опоздал.
- Ну... – уклончиво протянул Док, - все хорошо.
- Значит, тебе дали грант?! – подпрыгнул Марти.
- Нет.
- Нет?..
- Мое исследование всех очень впечатлило, но до получения гранта не хватило одного голоса.
- Всего один голос! – возмутился Марти. – Подумаешь!
- В данном случае этот голос был очень важен. Ну, ничего, результат меня все равно порадовал. Эти две недели были неоценимым опытом для меня. И для тебя, надеюсь, тоже.
- Один только голос! – продолжал сокрушаться Марти.
- Хорошего понемножку, - решил Док. – Я ведь изначально ни на что подобное и не рассчитывал. Так что и унывать по этому поводу не собираюсь. И тебе не советую. Вот кстати, - Док похлопал по карманам пиджака и извлек на свет две бумажки. Нам с утра выдали билеты в местный исторический музей. Чемоданы уже собраны, а до поездки в аэропорт еще пять часов. Пойдем?
По чести сказать, музеи Марти особо не интересовали, и идти он туда не хотел, но, сразу же согласился, чтобы составить компанию Доку, которого только что постигло большое разочарование. Он все-таки видел, что Док огорчен, и сильно, хоть и старается убедить себя в обратном.

Музей оказался небольшим и был расположен в старинном доме в самом центре Фалстауна. В основном он содержал сведенья о произошедших в прошлом в городе и окрестностях событиях, и выдающихся по фалстаунским меркам местных жителях. Марти скучающе прохаживался по небольшим залам, а Док казался заинтересованным, по крайней мере, в уголке изобретателя начала прошлого столетия он провел целых двадцать минут, хотя достижения последнего сводились лишь к изобретению головоломной мышеловки и самоочищающегося подсвечника.
Марти взглянул на наручные часы, вздохнул, не удовольствовавшись результатом, перевел взгляд на очередной застекленный экспонат и... замер, приоткрыв от изумления рот.
- Док! – изменившимся голосом позвал он. - Иди скорее сюда!
Он даже не заметил, что на него недовольно оглянулись несколько посетителей, а одна, пугающих размеров дама, возмущенно сказала:
- Эти американцы совсем не умеют себя вести!
- Марти? В чем дело? – удивленно спросил подоспевший ученый.
Марти молча указал рукой на изумивший его экспонат.
- Святые угодники! – прошептал Док. – Но как...
С портрета под стеклом на Марти и Дока взирал... Док. Более того, табличка рядом гласила, что это «Доктор Эмметт Л. Браун».
- Это невозможно! – решительно заявил Док. – Хотя, постой...
Он склонился над стеклом и принялся читать дополнительную информацию. Марти продолжал молча пялиться на портрет.
- Родился в 1720, - читал Док, - получил высшее юридическое образование и степень доктора юридических наук, был женат, имел двух сыновей, с 1765 стал главным судьей округа и пробыл на этой должности до своей смерти в 1805 году. Считался весьма уважаемым человеком, много сделавшим для благосостояния города. Может... совпадение? – нерешительно предположил Док.
- Он похож на тебя, - указал на очевидное Марти. – Слишком похож, чтобы оказаться просто совпадением.
- Ничего не понимаю. Один из моих далеких предков действительно был судьей, но в семье о нем знали немного. Было точно известно, что жил он в Европе, но в городе под названием Фолсборо, а вовсе не в Фалстауне.
Глаза Марти расширились до размера столовых ложек.
- Док, а ты читал музейные буклеты? Я читал, все равно тут делать было особо нечего. Так вот, Фолсборо – это старое название Фалстауна!
- Святые угодники!!! – взревел Док, да так, что англичанка с талией в стиле спортивного обруча, проходившая мимо, дернулась и попыталась укрыться за бронзовым бюстом, который был для этого безнадежно мал.
- Значит, - взволнованно продолжал Док, - этот Браун – мой далекий предок. И он был так известен, что его портрет и по сей день держат в музее. Марти! Я должен его увидеть!
- Ты... что? Хочешь сказать... Что мы отправимся в восемнадцатый век? А не будет ли это слишком рискованно? Мало ли ты изменишь ход событий, и мне ли тебе говорить, что за этим может последовать?
- О, мы будем осторожны! – загоревшись взором ,сообщил Док. – Я замаскируюсь. Ну и на всякий случай отправимся, ну, скажем в 1785 год. Его сыновья уже выросли, тут уж мы вряд ли сможем что-то такое нарушить.
- Ты уверен? – все же спросил Марти.
- Да! Мне очень хочется его увидеть. Одно дело – знать, что твой предок был достойным человеком и память о его делах не стерлась временем. Другое – видеть его, наблюдать за личностью.
- Ясно, - сказал Марти, - значит, для старины-Делореана найдется дело.

Одежда, которую Док позаимствовал из музея для того, чтобы замаскироваться под жителей восемнадцатого века выглядела непривычно, но оказалась неожиданно удобной. У них с Доком наряды были похожие – башмаки с грубыми пряжками, бриджи, рубашки с широченными рукавами, сужающимися к запястьям. Марти с некоторым недоумением разглядывал шерстяные чулки, которые шли логичным дополнением к бриджам и завязывались под коленями, но их тоже пришлось надеть, и Марти всей душой надеялся, что об этом никто никогда кроме Дока не узнает. Еще на Марти была коричневая жилетка без пуговиц, а на Доке – что-то вроде свободного сюртука. По замыслу они должны были изображать «обыкновенных горожан», и оставалось надеяться, что в английской моде восемнадцатого века Док разбирается лучше, чем в нарядах Дикого Запада прошлого столетия.
- Ну вот, - подвел итог Док, когда они уже сидели в машине времени. – Много времени в настоящем это не займет, мы по-любому успеем в аэропорт. Я взял с собой все необходимое на всякий случай. В том числе и усыпляющий генератор – мало ли пригодиться. – Он приоткрыл бардачок, продемонстрировав Марти свое собственное усыпляющее изобретение.
- Да, тебе это не понравится, но я все же должен сказать. Может, тебе лучше со мной не ехать? Я имею в виду, - поспешно пояснил Док, - заметив недоуменный взгляд Марти, - что путешествия во времени всегда имеют определенный риск, а я все же отвечаю за тебя перед твоими родителями.
- Ну так а я отвечаю за тебя перед Кларой и ребятами, - недовольно проворчал Марти. – И закроем эту тему.
- Туше! – признал Док. – Значит, едем вместе! – С этими словами он выставил год – 1785, и начал разгонять Делореан.
- Вперед, в прошлое! – азартно выкрикнул Док, когда Делореан набрал нужную скорость и начал характерно искриться.
В этот же момент машину тряхнуло, словно на трамплине, и Делореан стремительно понесся под откос – они умудрились въехать прямо на холм, которого в будущем уже (или еще – тут уж трудно сказать наверняка) не было. Все это Марти успел сообразить уже после того, как ему удалось остановить Делореан, а до этого его заботило лишь одно – машина осталась без управления, ибо Док оглушенный разрядом усыпляющего генератора, выскочившего из неплотно прикрытого бардачка и сработавшего при встряске, расслабленно полулежал на водительском сиденьи с самым мирным выражением на лице. Марти перегнулся через незадачливого ученого, схватил руль и сумел остановить машину времени как раз у ствола могучего дуба – еще немного и столкновения было бы не избежать.
Отдышавшись, Марти перевел взгляд на Дока – тот безмятежно посапывал по сне. Осторожно вернув генератор на место, Марти огляделся – они находились у самого леса, с краю была дорога, если это можно было назвать дорогой – бугристая земля с кучей камней, ее пересекал грубо сколоченный мост над хилой речушкой. Нужно было решить что делать – после того, как все с самого начала пошло не так, исследовательского пыла в Марти поубавилось. Разумнее всего было вернуться назад в будущее, но Марти прежде всего решил все же попробовать разбудить Дока - в конце концов, людей вокруг не наблюдалось. Сам он неважно разбирался в принципе работы усыпляющего генератора, но предположил, что даже крепко спящего человека возможно разбудить, плеснув на него холодной воды. Этот способ не отличался повышенной гуманностью, но другого Марти придумать не мог, поэтому, подхватив с заднего сиденья пустую бутылку из-под лимонада, он направился к речке, не забыв перед этим принять некоторые меры предосторожности – перетащить Дока на пассажирское сиденье и отогнать Делореан за кусты, чтобы с дороги его не было видно.
Из смутного отражения в речке на Марти глянуло его встревоженное лицо, но не успел он даже поднести бутылку к воде, как встревоженность, отражавшуюся в мутноватой глади сменил испуг – судя по звукам, к этому месту кто-то приближался, и приближался быстро. В следующий момент случилась две вещи – бутылка выскользнула из его взмокшей ладони, с бульканьем изчезнув под водой, и на опушку леса выбежал встрепанный рыжий человек, а вслед за ним еще несколько - в мундирах и треуголках; двое из них - с ружьями наперевес. Настигнув беглеца, они повалили его на землю, затем подняли и повели, и Марти заметил, что руки его связаны за спиной. Спрятаться куда-нибудь не было никакой возможности – место у реки было открытым, поэтому Марти постарался принять как можно более безмятежный вид – авось на него не обратят внимания, приняв за часть местной флоры.
Номер, однако, не прошел.
- Эй, ты! - крикнул ему один из преследователей. - Ты что здесь делаешь?
- Я? – Марти невинным взглядом уставился на говорившего. – Я просто гуляю, - ответил он и тут же понял, что его ответ был ошибкой – брови незнакомца сурово сдвинулись.
- Гуляешь, значит? А ты не знаешь, что ли, что находишься во владениях лорда Холланда?
- Н-нет, я наверное немного заблудился, - произнес Марти, стараясь угадать, чего же они к нему привязались. - А это частная территория, да?
- Странно ты выражаешься, - заметил незнакомец. – Может, ты заодно с этим лиходеем? – он указал на плененного мужчину, которого вели позади него двое конвоиров.
Дело явно принимало опасный оборот. А Марти понятия не имел, как выкрутиться, так как не знал, чего от него вообще хотят.
- Я с ним даже незнаком, - честно ответил Марти.
- А ну, поди сюда, - непререкаемым тоном велел мужчина.
Марти, делать нечего, подошел. Бежать от вооруженных людей было некуда, к тому же ощущение собственной правоты добавило ему уверенности – к конце концов, он ведь в самом деле ничего плохого он не сделал, а то, что он из другого века – да кому это известно?
- Пойдешь с нами, - коротко приказал незнакомец.
- Но я же ничего... - начал было Марти, но другой англичанин его перебил.
- Объяснять будешь не нам. Наше дело – присматривать за владениями лорда Холланда. Так что хватит стоять столбом. Пошел, как велено!
И грубо толкнув Марти вперед, он решительно зашагал в сторону дороги.

Необычный подозреваемый.

Марти шел рядом с англичанами, то и дело озираясь по сторонам. Его рыжий товарищ по несчастью никаких эмоций и интереса к окружающей действительности не проявлял и, шагая, смотрел в одну точку перед собой. Если бы Марти сам не видел, как резво тот убегал от преследователей, то мог бы предположить, что он слеп. Дорога привела их в небольшой городок, не отличающийся ни чистотой, ни привлекательностью. Каменные и деревянные дома, казалось, были построены по одному подобию, дорога даже на главной улице немногим отличалась от той, по которой они сюда пришли, разве что была слегка поровнее. Относительная чистота наблюдалась только у церкви. Люди разговаривали громко, часто с перебранками. Те, что были одеты получше вели себя спокойнее, но выглядели при этом так важно, будто оказались здесь случайно. Вялый транспорт представляли собой лошади – по дороге им встретились два всадника в красных мундирах, и еще один верховой – в добротном расшитом камзоле, светлых бриджах, начищенных сапогах и похожей на цилиндр шляпе, и несколько запряженных в телеги ребристых доходяг, понукаемых не менее потасканными на вид хозяевами.
Пройдя еще немного, они свернули с главной улицы, вошли в небольшое мрачное здание и оказались в тесном темном коридоре, освещаемом лишь одним окном в самом конце изрядно заплесневелой стены. У окна стояла женщина – почти девочка – тоненькая, хрупкая, с длинными слегка растрепанными волосами. Женщины на пути сюда им уже встречались, но эта чем-то особенно привлекала внимание. Она была похожа на других, но в то же время чем-то неуловимо от них отличалась, Марти никак не мог взять в толк, чем именно. Но не успел он как следует над этим задуматься, как боковая дверь отворилась, к незнакомке шагнул высокий мужчина и, сказав ей пару слов, жестом велел войти в внутрь. И, прежде, чем дверь снова закрылась, Марти успел услышать казенно-учтивый голос, произнесший:
- Непотребная девка, сэр. Приставала к честным прохожим.
И тут Марти понял, что отличало ее от других – лица встретившихся ему здесь женщин были бледноваты, лицо же исчезнувшей за дверью незнакомки играло красками, явно не своими. В современности Марти привык видеть на женщинах косметику, поэтому сразу не обратил внимание на то, что именно она и делала его незнакомку непохожей на других.
Прошло еще немного времени, и таинственная дверь поглотила рыжего беглеца, Марти подозревал, что скоро наступит и его черед, и не без волнения гадал, что же может происходить за этой дверью. Рядом с Марти осталось всего двое безмолвных конвоиров. Он было обратился к ним с расспросами, но не добился ровно ничего, кроме парочки обидных насмешек.
Дверь отворилась в третий раз, и один их охранников ловко втолкнул Марти внутрь. Марти обнаружил, что попал в небольшой зал со скамейками и широким столом с высоким креслом напротив них.
За столом сидел Док.

То есть, Марти, конечно, сразу уразумел, что это не Док, а именно тот человек, ради которого они и отправились в прошлое – судья Эмметт Браун, знаменитый в этих местах предок Дока. Но внешнее сходство было столь явным, что сразу расположило Марти к этому человеку. Браун беседовал с другим англичанином, и до Марти долетел обрывок фразы, произнесенный судьей: «Надо полагать, это дело ясное, слушанье будет завтра, понадобится викарий». Он передал собеседнику какие-то бумаги, а затем воззарился на Марти. И тут-то Марти заметил, что несмотря на неоспоримое сходство, судья Браун и Док – совершенно разные. В глазах Брауна из прошлого не было тех живых огоньков, столь характерных для взгляда Дока, выражение судейского лица было жестким, надменным, и каким-то непроницаемым - таким, что Марти внезапно почувствовал себя очень неуютно, и всеми силами захотел оказаться как можно дальше от этого места и, главное, - от судьи Брауна. И желательно в другом от него веке.
- Ваша честь, мальчишка хозяйничал в лесу лорда Холланда, неподалеку от того места, где мы взяли злоумышленника Салливана. Он, правда, утверждает, что не действовал с ним сообща. Говорит, что заблудился. Но его слова показались нам неубедительными.
- Как называешься? – коротко спросил Браун, буравя Марти немигающим взглядом.
Марти потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что обратились к нему.
- МакФлай, - ответил он, внезапно почему-то охрипнув. – Марти МакФлай, - добавил он немного увереннее. И тут же почувствовал боль - стоящий рядом англичанин с силой ткнул его кулаком под ребра:
- Добавляй «ваша честь», деревенщина!
- Что делал во владениях лорда Холланда? – продолжал допрос Браун.
- Я... просто заблудился... ваша честь Ну, и это... пить захотел. Потому и был у реки.
Браун поморщился, очевидно, не одобрив развернутый ответ.
- Кто может подтвердить?
- Ну, я был там один, - благоразумно соврал Марти, решив, что ответ «мой друг, когда очухается от разряда усыпляющего генератора» придется явно не к месту.
- Кем приходишься Салливану?
- Никем, я даже не знаю, о ком речь. Ваша честь, - поспешно поправился Марти, прежде чем охранник успел замахнуться во второй раз.
- Кто может подтвердить? – монотонно продолжал Браун.
- Никто! Я ведь говорю – был там один. Ну, заблудился же!
- Выговор у тебя странный, - заметил судья. – Откуда родом?
- Из Хилл-Вэлли, ваша честь, - последние пару слов Марти произнес с некотором отвращением, так как быть вежливым с изрядно доставшим его Брауном не хотелось.
- Кто может подтвердить?
Это было уже слишком. Марти почувствовал, что последняя струна его выдержки лопнула, и ответ сорвался сам собой.
- Говорю же вам – никто! – выкрикнул он. – Что тут вообще происходит? Вы даже понятия не имеете, в чем я виноват и виноват ли вовсе! Что вы за судья, если презумпция невиновности для вас пустой звук?! Может, сначала следует собрать доказательства того, что я совершил что-то противозаконное, а потом донимать дурацкими вопросами?
О сказанном Марти начал жалеть еще прежде, чем прозвучало последнее слово. Тишина в зале воцарилась столь жуткая, что Марти слегка замутило от нехороших предчувствий. Браун смотрел на него так, что становилось ясно – минимум лет двадцать это человек ничему не удивлялся. Какое-то время судья продолжал изумленно взирать на Марти, отчего тот почувствовал себя кроликом перед разъяренным удавом.
- Наглый отрок... - наконец обрел дар речи Браун. – Полагаю, еще один вольнодумец, посланный сеять смуту. Что же, с тобой я разберусь позже, и уж поверь, ты мне все о себе расскажешь. И хорошенько поплатишься за свою дерзость.
Он перестал прожигать Марти свирепыми льдинками и перевел взор на конвоира.
- Пока увести, я займусь этим делом завтра. На сегодня все. – он перестал обращать на окружающих внимание, вернувшись к разложенным перед ним бумагам.
Марти не успел ничего спросить или возразить, как дюжий англичанин вцепился ему в плечо и чуть ли не пинком отправил за порог.

Тюремщик втолкнул упирающегося Марти в полутемное помещение и запер за ним устрашающего вида дверь. Развернувшись, Марти яростно пнул прочное дерево ногой.
- Я ничего не сделал! – отчаянно выкрикнул он. - Ничего! Вы не можете вот так просто... А как же права человека?!
- Вот только этого не хватало, - раздался хриплый голос у него за спиной.- Подкинули нам блаженного.
Марти резко обернулся и увидел, что напротив, на свалявшейся грязной соломе сидят двое заросших мужчин и смотрят прямо на него.
- Вот ведь пакость какая! - произнес другой. – С другой стороны, лучше уж блаженный, чем какой-нибудь чесоточный.
- Не скажи! Помнится, мне доводилось с одним таким сидеть. Так он днем буянил, а ночи напролет ныл да слюни пускал – мерзкое зрелище.
У Марти резко пересохло во рту, и он непроизвольно попятился к двери – говоривший вдруг поднялся и направился к нему.
- Тебя за что сюда? - спросил он, хмурясь и разглядывая Марти с высоты своего впечатляющего роста.
- Я... – Марти запнулся, подбирая слова, - я не знаю. Я ничего противозаконного не сделал. Несколько парней в треуголках привели меня к судье Брауну, а он психан... то есть, разозлился и велел запереть меня здесь. Сказал, потом разберется.
- С чего бы ему на тебя злиться? – продолжал допрашивать незнакомец.
- Я сказал, что он не имеет права предъявлять мне какие-либо обвинения, не разобравшись с фактами. Он, видимо, счел это грубостью.
Второй сокамерник Марти изумленно присвистнул.
- Как есть блаженный! – с удовольствием заключил он. – Сказать такое самому Брауну! Но, черт меня дери, мне начинает нравиться этот парень! Пусть даже и мозги у него набекрень.
- А вы тут почему? – спросил Марти, ободренный этим заявлением. Поинтересовался он, правда, больше из вежливости, нежели из искреннего желания узнать о криминальном прошлом своих соседей по заключению.
- За долги... Да чего уж там говорить. Кстати, я Уилл, а это, вон, Илай.
- М-Марти. А вы здесь давно?
- Да уж месяц, поди, - отозвался из своего угла Илай. – Да мы то что, как-нибудь обойдется. А вот того парня жаль, - понизив голос, добавил он.
Марти оглянулся и впервые заметил, что кроме них, с другой стороны каморки сидит еще один человек. Пригляделся и чуть не вскрикнул от удивления – это было тот самый беглец, которого англичане схватили перед тем как докопаться до него самого. В отличие от Илая и Уилла он не отличался разговорчивостью, просто сидел, согнув колени и опустив голову вниз.
А... почему? – шепотом спросил Марти, присаживаясь рядом с Илаем. Вслед за ним на свалявшуюся солому тяжело опустился Уилл.
- Да ведь Джосайя Салливан убил оленя во владениях местного лорда. С голодухи оно, конечно, ну да какая разница.
- Это, что же, такое страшное преступление? – изумился Марти. – Не маньяк же он какой-нибудь. Или у вас тут нельзя охотиться?
Уилл с Илаем недоуменно переглянулись.
- Парень, ты вообще откуда? С луны? Охотиться можно. Вот вчера перед отъездом лорд Холланд, сказывают, славно поохотился. Да только в своем собственном лесу. А за присвоение чужой собственности орденами не награждают. За это, знаешь ли, вешают.
- Что?!! – Марти уставился на Уилла круглыми как у совенка глазами. – Не могут же они...
- А не вешают, так на каторгу, - продолжал Илай. - А оттуда мало кто возвращается. В любом случае конец. И ему, и семье его.
У Марти аж дыхание перехватило. Неверящим взглядом он уставился на говорившего.
- А почему что-то должно случиться с его семьей? Их же ведь за это не тронут?
- А чего их трогать-то? – полушепотом, рассудил Илай. - Только жена у него слаба здоровьем; и шесть, или, сколько там, ребятишек – старшему и восьми нет. Кто их будет кормить, когда его повесят или сошлют в заокеанские колонии? С голоду помрут, да и все дела. Тут уж дело ясное.
Марти перевел потрясенный взгляд на безнадежно застывшего у стены человека.
- Но ведь не может же этого быть... Не может быть, чтобы так...
Он произнес эти слова почти беззвучно. Только сейчас до него дошел смысл слов Брауна: «это дело ясное, слушанье будет завтра, понадобится викарий».
- Но ведь судья может смягчить приговор, верно? – с надеждой спросил Марти.
- Вот уж этого не могу сказать... да и не станет Браун ничего смягчать, мы-то его уже знаем. Не такой он человек.
Марти хотел что-то сказать, но в это момент ключ в отсыревшей дубовой двери противно заскрипел, внутрь зашел один из тюремщиков, поставил на пол корявый кушин с водой, несколько глиняных мисок с каким-то сомнительного вида месивом, по ломтю хлеба к ним, и ушел.
Среди новых товарищей Марти возникло заметное оживление. Уилл с Илаем торопливо вскочили, схватили по миске и принялись жадно отхлебывать жидкость прямо из них. Даже Джосайя, рыжий беглец, как называл его про себя Марти, и тот вяло протянул руку, взял грубую посудину и стал хлебать из нее с видом сомнамбулы. Марти заглянул в свою больше ради любопытства – есть совсем не хотелось. Содержимое миски выглядело так, будто его один раз уже ели, и Марти невольно поморщился, поспешно отодвинув от себя тарелку. К тяжелому, вязкому и грязному на вид хлебу он тоже не притронулся. Илай и Уилл тем временем покончили со своей едой и удивленно взирали на Марти.
- Ты, что же, есть не будешь? – странным голосом спросил Илай.
Марти молча покачал головой.
Илай помолчал.
- Ты не похож на богача, - наконец сказал он. – А, судя по тому, что отказался от обеда, ешь ты каждый день. Откуда ты?
«Конечно, каждый день», - чуть было не ляпнул Марти, но вовремя прикусил язык.
- Я... издалека, - осторожно ответил он. – У нас там с едой получше. Так что я сейчас не голоден. Может быть, вам эта еда пригодится?
- Странный ты, - покачал головой Уилл. – Не след бы нам это делать, но уж больно жрать охота...
С этими словами он отлил часть Мартиной похлебки в миску Илая, часть плеснул в посудину Джосайи, а хлеб оставил не тронутым.
- Тебе самому пригодится, когда одумаешься, - решительно сказал он.
Марти, болезненно морщась смотрел, как омерзительное варево стремительно исчезает в трех голодных ртах и невольно испытывал чувство вины, вспоминая собственное беспечное отношение к еде. Эти люди, судя по всему, каждый день боролись за кусок хлеба, и не стремление к излишествам, легкой жизни или извращенность натуры, а именно эта борьба привела их сюда. А Марти нередко случалось перекусывать просто от скуки или с кем-то за компанию, он и представить себе не мог, каково это – голодать каждый день.
- Пожалуй, сегодня и уснуть полегче будет, - довольно произнес Илай, вылизав миску.
Марти кривовато улыбнулся, понимая, что уж он то в эту ночь точно не уснуть не сможет.

Пепел Клааса.

Уснуть ему и в самом деле не удалось, и виной тому было не только беспокойство за себя и за Дока, а также множество неприятных впечатлений. Уже к вечеру сильно похолодало, а ночью и вовсе сделалось холодно, словно поздней осенью. Марти казалось, будто он находится в холодильнике. Его сокамерники, похоже, были более устойчивы к подобного рода лишениям – они крепко спали, в то время как Марти шагал из угла в угол, надеясь хоть немного согреться. Браун, велев запереть его здесь, явно знал, что делает.
Главные вопросы, мучавшие Марти были о том, что сейчас с Доком, и что будет с ним самим, если Док, попав в беду, не сумеет его выручить. Ничего хорошего от судьи Брауна он не ждал, особенно после недвусмысленного обещания, согласно которому Марти должен был сильно пожалеть о проявленной грубости.
Однако, в камере находился человек, чья ситуации была гораздо безнадежнее, чем у Марти, и это, как ни странно, не давало ему окончательно погрязнуть в беспокойстве. Вторым поддерживающим его дух обстоятельством была злость на Брауна. К этому примешивалось разочарование и недоумение. Из-за внешнего сходства Марти невольно ассоциировал судью Брауна с Доком, но насколько был симпатичен ему Док, настолько же отвратителен Браун, не пожелавший выслушать его или хотя бы вести себя с ним по-человечески. И, судя по всему, не только с ним.
В тот самый миг, когда Марти решил, что к утру окоченеет окончательно, и Браун не сможет до него добраться, так как в этом уже не будет нужды, снаружи за стеной послышался шорох, и знакомый голос вопросительным шепотом произнес:
- Марти?.. Ты здесь?
- Док! – от затопившей его радости с Марти разом слетел весь холод.
Шорох усилился, и в тускло освещаемом луной окошке, находящимся под потолком, мелькнула лохматая голова улегшегося на землю Дока.
- Док? Все в порядке? Как ты меня нашел?
- Все хорошо! Пришлось постараться, но я рад, что успел вовремя. Все разговоры – на потом. Сейчас главное - вытащить тебя отсюда поскорее. Это окно тут очень кстати, я сейчас избавлюсь от решетки! Хорошо, что захватил с собой экстрадействующий напильник! Всегда хотел применить его практически, а тут и случай представился.
- Док, - с сомнением произнес Марти, - а ты уверен, что я через это окошко пролезу? Оно, похоже, для кошек было думано.
Ученый что-то тихонько забормотал себе под нос – очевидно, прикидывал вслух, сопоставятся ли параметры Марти с размером окошка.
- Пролезешь! – уверенно сообщил он и принялся азартно пилить решетку.
- Но... – у Марти по-прежнему оставались сомнения, - окно высоко, мне самому до него никак не добраться. И стена здесь отвесная, за нее не зацепишься, а подставить под ноги совершенно нечего. У тебя есть веревка или трос?
За стеной раздался глухой стук – Док выронил напильник.
- Трос! – воскликнул он. – Я забыл взять из Делореана трос! А возвращаться слишком долго!
- Потише! Ты других разбудишь! – взмолился Марти. – Так что же теперь делать?
- Спокойствие, Марти, все под контролем, - заверил его Док. – Я сейчас что-нибудь соображу!
Но, несмотря на бодрость этого заявления, у Марти упало сердце – судя по движениям тени снаружи, Док только что попытался вырвать себе клок волос на голове, а судя по последующему за этим ойканью, ему это удалось.
- Сейчас, сейчас... – лихорадочно шептал снаружи Док.
- Надо же! Подставить ему под ноги нечего! – вдруг произнес кто-то у Марти за спиной. Марти тут же обернулся и увидел перед собой Уилла.
- Значит, бежать задумал? – спросил он, с интересом поглядывая на Марти.
Марти молчал, не зная, что ответить. Было ясно, что Уилл все слышал, и скрывать свои намеренья бесполезно.
- В общем, ясно, - ответил за него Уилл. Затем встал под самым окном, и, слегка склонившись, уперся в стену руками.
- Ну, полезай, что ли, - велел он. – Только осторожнее, спина не казенная.
- Вы... вы хотите мне помочь? – изумился Марти.
- Почему бы и нет? – пожал плечами Уилл. - За удовольствие узнать, как ты поставил на место скотину-Брауна я многое готов для тебя сделать. Мне не хочется, чтобы ты попался ему в руки, уж он-то тебе сказанного не спустит.
- Ну... а как же вы?
- А что я?
- Может, нам всем вместе попробовать бежать? Вам, Илаю и Джосайе.
Уилл усмехнулся, словно в словах Марти скрывалось что-то забавное.
- Думаю, ты единственный, кто сможет пролезть через это окно. Но дело не в этом. Думаешь, нас здесь держат эти стены? Тебе есть, куда уйти, нам – нет. За пределами этой каморки лучше нам не будет. Ну, а Джосайю и вовсе можно было бы не запирать. Куда бы он сбежал? У него тут семья.
- Я, - начал было Марти, но почему-то не нашелся, что на это ответить. – Спасибо!
- Ну, мне так долго стоять-то? – недовольно спросил Уилл.
- Док! – громким шепотом позвал Марти, заметив, что тень от руки Дока потянулась за очередным клочком волос, и тем самым приостановил самоистязание. – Я сейчас вылезу, помоги мне!
- Неловко вскарабкавшись на плечи Уилла, Марти дотянулся до освобожденного от решетки окна и, с большим трудом протиснувшись через него, оказался на свободе. Пожалуй, впервые за всю жизнь он радовался тому, что не отличается Танненскими габаритами.
- Уилл? – позвал он снаружи. – А у вас из-за меня не будет неприятностей?
- О чем это ты? – зевком ответил Уилл. – Я ничего не знаю, мы по ночам крепко спим. Ну, прощай! Не попадайся больше Брауну!
- Прощайте! Спасибо вам! – Марти сомневался, что отошедший Уилл его слышал, но все равно должен был еще раз это сказать.
- Поторопись Марти! – велел Док, устанавливая решетку на место, чтобы их побег не бросался в глаза. - Надо успеть уйти подальше, пока охрана находится с другой стороны!
Не теряя времени, воссоединившиеся друзья пересекли площадь и укрылись за дальней изгородью, чтобы перевести дыхание.
- Рад видеть тебя, Марти! – просиял Док. – Я здорово переволновался! - Но, думаю, раз ты в этом местечке на плохом счету, то безопаснее будет прервать наше путешествие и вернуться назад в будущее.
- Док, подожди! Мы пока не можем вернуться, есть одно дело! – взволнованно возразил Марти.
- Дело? – удивился Док. – Какое же?
- Я видел Брауна... - сказал Марти, толком не зная, с чего начать.
Глаза ученого вспыхнули.
- Ты его видел? Ну, каков он?!
- Внешне – вылитый ты. Ну, может, если вас рядом поставить, будет заметно, что вы разные. Но он... – Марти запнулся. Необходимость все рассказать боролось в нем с нежеланием огорчить друга. – Он... он меня сюда и засадил, - выдавил из себя Марти.
- Святые угодники! За что? Я думал, ты оказался в тюрьме по какому-то досадному недоразумению!
- Да, и это недоразумение носит твою фамилию, - насупился Марти.
- Так... расскажи-ка ты мне все и по порядку, - велел Док, недоуменно проводя рукой по уже и без того всклоченным волосам.
Марти по возможности сдержанно передал другу все, что случилось с ним после того, так Дока вырубило собственным гениальным изобретением. По ходу его рассказа лицо Дока мрачнело все больше и больше.
- Видишь, что теперь будет? Они зашлют его в Британскую колонию – в Австралию, или куда там еще, а его семья умрет, потому что некому будет их прокормить. И это дело решенное, я уже слышал. Я просто не понял тогда, о чем речь. Но мы ведь можем что-то сделать, правда? – в голосе Марти зазвенела надежда. – У нас же есть Делореан, и мы можем... ну, можем...
- Сделать что? Вернуться в прошлое этого прошлого и предупредить Джосайю об опасности? Да он наверняка примет нас за нечистую силу, и чего доброго лишиться рассудка! Это ведь восемнадцатый век, Марти.
- Но если мы ничего не сделаем, его сошлют на каторгу или повесят!
- «Dura lex, sed lex», - нахмурившись, произнес Док.
- Что? – не понял Марти.
- «Закон суров, но это закон». Латынь.
- Ты, что же, согласен? – вытаращился на него Марти.
- Нет, конечно, в этом случае – нет, я просто констатирую факт. Таковы законы того времени. То есть, времени, куда мы попали. Дело действительно ясное, и если защите не удастся доказать, что Джосайя невиновен, он и его семья обречены. А из того, что ты мне рассказал, я предвижу, что Браун не станет беспокоиться по поводу того, чтобы вникать в суть дела или пытаться выяснить оправдательные факты. Он держит вверенный ему город в крепкой узде, а попытаться оправдать человека, покусившегося на чужую собственность – собственность дворянина - значить подорвать все устои.
- К черту такие законы! – выкрикнул Марти. – Нельзя наказывать человека так жестоко, только потому, что он от голода решился подстелить оленя!
- Далеко не все согласятся с тобой, Марти. И не только в восемнадцатом веке. Ты был бы удивлен, узнав, как много людей из нашего времени сказали бы на это что-то вроде: «Правильно, иначе никакого порядка не добьешься» или «Он знал, на что шел», или «Зато другим неповадно будет».
- Тогда они просто ненормальные! - с запальчивой горечью произнес Марти. – Если бы это коснулось их самих, или кого-то из их семьи, они бы заговорили по-другому.
- «...и пепел Клааса стучал ему в сердце», - проговорил Док, задумчиво глядя на взъерошенного от волнения Марти.
- Док, ты о чем? – Марти недоуменно тряхнул головой.
- Это просто цитата из «Легенды о Тиле». Книга такая.
- И про что книга?
- Так просто не расскажешь. Когда-нибудь ты ее прочитаешь и поймешь, с кем я тебя сравнил. Сравнение, может, и не совсем верное, но именно оно пришло мне на ум. И приходит всегда, когда речь идет о чем-то, с чем нельзя мириться.
Марти помолчал. Пожалуй, Док впервые за все время их знакомства оставил его вопрос без конкретного ответа, отделавшись фразой очень похожей на надоедливое «вырастешь – узнаешь». Но в душе Марти сейчас не было места для обиды – там бушевала горечь, возмущение непоправимой несправедливостью и еще что-то, чего бы он сам себе не смог объяснить.
- Марти? – Док тронул его за плечо, и тот поднял на него взгляд. – Я догадываюсь, что ты сейчас чувствуешь. Этой беде никакая машина времени не поможет. Но у меня возникла другая идея.
- Какая? – прошептал Марти, боясь спугнуть надежду.
- Очень рискованная и не дающая никаких гарантий, но это все же лучше, чем бездейственность. Заседание суда пройдет завтра, и вести его будет Эмметт Браун. Но только Эмметт Браун из будущего. И он сделает все возможное, чтобы подвести дело к оправдательному приговору.

Открытая книга.

Эмметт Лоурен Браун мирно почивал в своей спальне, лежа как обычно на спине, и вытянув руки вдоль тела над одеялом. Его вроде бы крепкий сон внезапно прервался, но стоило ему открыть глаза, как он снова вернулся в забвение – не успев ничего понять или почувствовать.
- Чистая работа, Марти, - одобрительно заметил Док, забирая, протянутый ему другом усыпляющий генератор и пряча его в карман. - Теперь мы тут можем спокойно хозяйничать, но вести себя все же нужно тихо, подозреваю, что в доме есть прислуга.
Он устроил светильник на столе так, чтобы тот удобно освещал комнату и склонился над своим двойником из прошлого. Марти тем временем разглядывал помещение, в котором они оказались – это была самая аккуратная и самая скучная комната, которую ему доводилось видеть. По сравнению с этим, комната педанта Дейва казалась просто свинарником. А комната самого Марти из этого сравнения и вовсе выбывала.
Спящий Браун выглядел уже не таким грозным как днем, да и белый ночной колпак на его голове вызывал у Марти комические ассоциации, но он по-прежнему не испытывал к судье ни малейшей приязни, и будь на то его воля, предпочел бы и вовсе его не видеть.
- План все тот же, - окончив свой осмотр, сообщил Док. – Я переоденусь в одежду Брауна, приду на судебное заседание и попытаюсь подвести дело к оправдательному приговору. Если мне это удастся и никто ничего не заподозрит, то мы сможем спасти Джосайю и его семью, и сами вернуться назад в будущее.
Марти кивнул, хотя сомнения одолевали его все больше. Первая часть плана – пробраться в дом Брауна - удалась, благодаря ловкости Марти, перелезшего через забор в сад, чтобы открыть ворота, и универсальной отмычке Дока, открывшей для них остальные двери, но во второй части этой идеи Марти виделись серьезные недостатки. Точнее – маловылолнимые.
- Док, а что же Браун? Ведь он-то будет знать, что не присутствовал на этом заседании. И потом... ты говоришь, что сам проведешь заседание... но ведь ты же не юрист, как же ты...
- Насчет Брауна надо еще подумать, - согласился Док, не дослушав вопрос. – А что касается заседания... Ну, я ведь провел некоторое время в юридическом колледже, кое-что помню, к тому же, история права меня даже интересовала. Основные принципы судебной системы Великобритании восемнадцатого века мне известны, так что, думаю, я справлюсь. Главное – чтобы меня в самом деле все приняли за судью Брауна, вот за это я беспокоюсь больше всего...
Последние слова Док произнес рассеянным голосом, словно обращался к самому себе, так как вдруг увлекся бумагами на столе Брауна, разложенными там так аккуратно, что смотреть было страшно.
- Хм, - произнес он, перебирая какие-то книжки в кожаных переплетах. Потом достал из кармана отмычку, не церемонясь открыл секретер, и извлек на свет еще несколько таких книжек. – Хм...
- Что такое? – заинтересовался Марти.
- Дневники Брауна. И его рабочие записи, документы, письма... Марти! – воскликнул Док, забыв, видимо, что недавно взывал к тишине. – Я, кажется, нашел клад!
- Не понял? Зачем тебе его записи? Какое это имеет отношение к делу?
- Самое прямое! – Док возбужденно зашагал по комнате. – Если я получше узнаю Брауна, его дела и прочее, мне не придется завтра ходить в темноте. Ну, фигурально выражаясь, я имею в виду. Так что думаю, мне надо немедленно приступить к их изучению.
- Хорошо, а что делать мне? - с готовностью отозвался Марти.
Док, с трудом оторвавшись от какого-то документа, перевел взгляд на младшего друга.
- А тебе лучше всего сейчас поспать немного, - сказал он, подметив осунувшийся вид Марти. – Думаю, на один день приключений достаточно, а до завтрашнего утра нам все равно никаких активных действий не светит.
- А как же ты? – удивился Марти.
- А я сегодня отоспался в Делореане на пару дней вперед. Так что я посижу здесь, почитаю, может, найду что-нибудь особенно полезное. В любом случае, лишняя информация нам не повредит.
- Тогда ладно, - согласился Марти и залез в больше кресло, стоящее напротив кровати Брауна-Который-Не-Док. Он не думал, что уснет, но отдохнуть немного все же не мешало. Однако, стоило ему устроиться в кресле поудобнее, как мысли в голове начали разбегаться,и вскоре он остался один на один с приятной темнотой сна.
Уснувший Марти не видел как Док долго перелистывал страницы записных книжек, потом, оглянувшись на своего свернувшегося в кресле в немыслимой позе спутника во времени, подошел к кровати Брауна, бесцеремонно сдернул с него верхнее одеяло и накинул его на ежившегося во сне Марти. Затем снова вернулся к бумагам и сидел за ними до самого рассвета.

Марти проснулся от толчка.
- Мам... – сонно пробормотал он, не разжимая век, - я не пойду сегодня в школу... я же ее уже... закончил.
Толчок повторился, уже более настойчиво; Марти зевнул, потянулся, открыл глаза и... дернулся в сторону, словно от нечистой силы. При этом он задел рукой подлокотник кресла, и боль в ушибленной руке возвестила, что это вовсе не ночной кошмар.
Над Марти навис судья Браун – взгляд горит возмущением, брови сдвинуты чуть ли не под прямым углом, упавшая на лоб прядь седых волос подрагивает как гребень у разъяренного индюка.
- Вот, значит, как? – злобно прошипел Браун. – Сбежал и тайком пробрался в мой дом?
Не понимая, что происходит, Марти перевел потрясенный взгляд с судьи на кровать – Брауна там, разумеется, не было. И куда исчез Док было тоже непонятно.
- Так с какой целью ты сюда явился? – сузив глаза, грозно проскрипел Браун.
Проигрывать, так с музыкой.
- Не ваше дело! – грубо ответил Марти и, вскочив, попытался оттолкнуть судью со своего пути.
- Полегче, Марти! – совсем иным тоном проговорил Браун. Лицо его тоже враз изменилось – глаза потеплели, хмурая морщинка поперек лба исчезла. – Это же я, Док!
- Док?! - Марти обалдело уставился на говорившего.
- Ну да! – Док обрадованно кивнул. Марти, однако было не до радости.
- А где же тогда Браун?
- Я оттащил его в будуар, - ученый махнул рукой в сторону смежной двери.
- Зачем ты меня так напугал?! - возмутился Марти. - Ты представить себе не можешь – просыпаешься, а тут такое...
- Ммм... прости, Марти, но я должен был убедиться, что в самом деле могу сойти за судью Брауна. Решил, что если даже ты примешь меня за него, то наше предприятие может иметь успех.
Марти с трудом перевел дух и обессиленно рухнул в кресло.
- Дай в себя прийти, - попросил он.
- Давай! – охотно согласился Док. – А я тебе пока расскажу, как нам повезло.
- Повезло?
- Я всю ночь читал дневники Брауна и заметки его о делах – узнал о нем и его окружении очень многое. Это на редкость педантичный человек, он по вечерам подробно описывает каждый свой день, даже если в этот день он подхватил простуду и все время провел в кровати. Через записи в этих книгах открывается сущность Брауна, теперь я могу представить, как вести себя, чтобы сойти за него перед другими. Еще я проверил и обнаружил, что мне не составляет труда в точности подделать его почерк. Это все упрощает. Пока Браун будет здесь спать, я проведу судебное заседание. Будем надеяться, что у нас там все получится. Затем мы вернемся сюда, и я запишу в дневник Брауна все что произошло – от его лица. Потом я возьму бутылку вина, несколько ложек которого Браун каждый вечер принимает по предписанию лекаря (она здесь, в шкафчике), вылью оттуда половину, а часть плесну в стакан и оставлю его на ночном столике. Так что впоследствии он будет думать, что не помнит о заседании потому что после него выпил больше обычного (мужчины у нас в роду никогда не отличались устойчивостью к крепким напиткам). В людом случае, запись в дневнике подтвердит, что он присутствовал на заседании и вынес приговор, только не помнит этого. Так что если его и будут одолевать какие-то сомнения, он даже себе самому ничего не сможет доказать. Ну, как тебе? – сделав эффектную паузу, спросил Док.
- Гениально! – искренне восхитился Марти.
- Да, кстати, ты заменишь Генри. Это оправдает твое присутствие на суде, если тебя там кто-нибудь узнает. Я скажу, что наказал тебе поработать на меня.
- А кто такой Генри?
- Ах, да! Это бедный родственник Брауна, пятнадцатилетний внук его двоюродной сестры. Он исполняет при Брауне обязанности писчего, проще говоря, протоколирует заседания, а потом начисто переписывает их в отчетную книгу. В своих записях Браун сетует на то, что мать Генри сильно захворала, и ему пришлось отпустить мальчика на пару дней к семье. Знаешь, он довольно пространно пишет о причиненных ему неудобствах, но при этом не выражает ни капли сочувствия несчастью Генри. К сожалению, это многое о нем говорит... - Док помолчал. - Ну, как бы там ни было, Герни сейчас отсутсвует, так что ты...
Не успел Док договорить, как в дверь постучали. Марти встрепенулся.
- Завтрак подан, господин Браун! - раздался за дверью женский голос.
- Это Марта, кухарка, - шепотом пояснил Док. А вслух спросил:
- Вы поставили второй прибор, как я просил?
- Да, сэр!
- Хорошо! Мы с моим гостем скоро спустимся.
Марти вдруг почувствовал, что жутко проголодался. Да и шутка ли – со вчерашнего утра у него во рту ни крошки не было. Сейчас бы он даже согласился на тюремный хлеб. А вот чтобы соблазниться той похлебкой, потребовалось бы поголодать еще дня три-четыре. Насколько же голодны должны были быть его товарищи по камере, чтобы с таким аппетитом есть это мерзкое варево?
Завтрак в столовой оказался простым, но необычайно вкусным. Марти отдал должное домашней выпечке и свежайшему маслу. Что касается молока – такого вкусного он в жизни своей не пил. Но едва первый голод было утолен, как ему снова вспомнился скудный ужин Уилла с Илаем, и есть окончательно расхотелось.
Покончив с завтраком, друзья дождались девяти часов утра и отправились в здание суда, где должна была решиться участь Джосайи Салливана.

Оставшиеся две главы "Играя роль" и "Дорога уходит в даль" можно прочитать здесь (не могу запостить их сразу из-за того, что полный текст фанфика превышает допустимый объем записи).




@темы: коллаж, миди, фик

Комментарии
2012-12-12 в 20:54 

angel_of_darkness
Retired Queen (с)
Довольно интересно было по непривычному для фиком фандому почитать. Очень приятная история и интересная.

2012-12-16 в 18:44 

Scally
I am but mad north-northwest; when the wind is southerly I know a hawk from a handsaw.
angel_of_darkness,

Рада, что понравилось!

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Мультифэндомное дженовое сообщество

главная